Еврейский календарь

66, 12 мая — "В девять часов утра губернатор Гессий Флор принял представителей городского самоуправления Кейсарии и сообщил им решение императора относительно избирательного закона, согласно которому евреи теряли власть над официальной столицей страны. В десять часов правительственный глашатай возвестил эдикт с ораторской трибуны на большом форуме". (Л. Фейхтвангер "Иудейская война") Действительное событие. Иосиф Флавий в своей "Иудейской войне" пишет: "Между тем кесарийские эллины добились того, что Нерон объявил их хозяевами города, и привезли грамоту, заключавшую в себе это решение. Это положило начало войне (4 до разр. хр.) на двенадцатом году владычества Нерона, семнадцатом году правления Агриппы в месяце Артемизии". Артемизия в македонском календаре соответствует "нашему" маю. Однако откуда появилось число "13" (У Фейхвангера, хотя в 66 году пятницы выпадали на 5, 12, 24, 30 числа) - неизвестно.

66, 13 мая — "В субботу, евреи, придя в главную синагогу, увидели у входа начальника греческого отряда со своими солдатами, приносившего в жертву птиц. ДАЛЕЕ

Такие жертвы приносились обычно прокаженными, а в Передней Азии излюбленное издевательство над евреями состояло в том, что им приписывали происхождение от египетских прокаженных. Служители синагоги предложили грекам поискать для своего жертвоприношения другое место. Греки нагло отказались, заявив, что миновали времена, когда кесарийские евреи могли орать на них. Еврейские служители обратились к полиции. Полиция заявила, что должна сначала получить соответствующие инструкции. Наиболее вспыльчивые из евреев, не пожелавшие оставаться дольше зрителями дерзкой проделки греков, попытались силой отнять у них жертвенный сосуд. Блеснули кинжалы, ножи. Наконец, когда уже были убитые и раненые, вмешались римские войска. Они задержали нескольких евреев как зачинщиков беспорядков внутри страны, у греков они конфисковали жертвенный сосуд". (Л. Фейхтвангер "Иудейская война"). Иосиф Флавий: "На следующий день, выпавший в субботу, когда иудеи в полном сборе были в синагоге, один кесариец-бунтовщик взял горшок, поставил его вверх дном пред самыми синагогальными дверьми и принес на нем в жертву птиц. Этот поступок еще более привел в ярость иудеев, так как в нем заключалось издевательство над их законом и осквернение места. Более солидные и спокойные стояли за то, чтобы еще раз обратиться к властям. Но страстная и пылкая моло­дежь, напротив того, горела жаждою борьбы. С другой стороны, ке­сарийские забияки стояли уже готовыми к бою, и они-то преднамеренно подослали жертвовавшего. Таким образом вскоре завязался рукопашный бой. Юкунд, начальник римской конницы, на обязанности которого лежало охранение тишины и спокойствия, устранил жертвенный сосуд и пытался прекратить битву; но так как кесарийцы ему не пови­новались, то иудеи схватили впопыхах свои законодательные книги и отступили к Нарбате—иудейской местности, отстоящей на шестьдесят стадий от Кесареи. Иоанн и двенадцать влиятельных иудеев направи­лись в Себасту к Флору, выразили свое сожаление по поводу случившегося и просили его заступничества, проронив при этом легкий намек на восемь талантов. Он же приказал бросить их в темницу за то, что они — это было вменено им в преступление - унесли из Кесареи свои законодательные книги". (Дата, вытекающая из предыдущей с теми же сомнениями).

66, 21 мая — Иудейская война. Римский террор в Иерусалиме. "События в Кесарии, эдикт и его последствия послужили причиной того, что партизанская война против римского протектората, которую Иудея вела вот уже целое столетие, вспыхнула по всей стране с новым яростным озлоблением. ДАЛЕЕ

В Иерусалиме дело дошло до бурных демонстраций. На дорогах страны римляне, появлявшиеся без военной охраны, подвергались нападениям, их забирали в плен в качестве заложников. И так как императорское финансовое управление ввело в это же время довольно суровые налоги, молодежь стала ходить по улицам с сумой для сбора подаяний и приставала к прохожим: - Подайте милостыню бедному неудачнику - губернатору! Тогда Гессий Флор потребовал, чтобы ему выдали зачинщиков. Местные чиновники заявили, что они не смогут этого добиться. Губернатор отдал приказ войскам обыскать дом за домом весь Верхний рынок. Обыски переходили в грабежи. Евреи пытались защищаться, с крыш некоторых домов открыли стрельбу. Убитые были не только среди евреев, но и среди римлян. Губернатор приказал судить бунтовщиков военным судом. Озлобленные солдаты тащили на суд и правых и виновных. Смертные приговоры так и сыпались. За эти пять дней, с 21 по 26 мая, в Иерусалиме было убито свыше трех тысяч человек, из них около тысячи женщин и детей". (Л. Фейхтвангер). Иосиф Флавий: "Весь Иерусалим страшно был возмущен этими происшествиями (в Кесарии); но несмотря на это, жители столицы все еще сдерживали свой гнев. Флор же, как будто он специально нанялся для этого, нарочно раздувал пламя войны. Он послал за храмовой казной и приказал взять оттуда семнадцать талантов под тем предлогом, будто император нуждается в них. Весть об этом привела народ в негодование; с громкими воплями он устремился в храм, взывал к имени императора и молился об освобождении от тирании Флора. Некоторые из более возбужденных открыто хулили имя Флора, обошли толпу с корзинками в руках и просили милостыни, приговаривая: «подайте бедному, несчастному Флору!» Это, однако, не заставило его устыдиться своей жадности, а напротив подстрекало его на дальнейшие вымогательства. Вместо того, чтобы поспешить в Кесарею, потушить разгоревшуюся там войну и устранить причины неудовольствия, за что ему же заплатили,— он ринулся в Иерусалим с конницей и пехотой, чтобы силой римского оружия отстоять свои требования и страхом и угрозами волновать город. Флор переночевал в царском дворце, а на следующий день приказал поставить пред дворцом судейское кресло, на которое он взошел. Первосвященники и другие высокопоставленные лица, равно и вся знать города, предстали пред этим судилищем. Флор потребовал тогда от них выдачи тех, которые его оскорбляли, присовокупив угрозу, что, в случае отказа, они сами поплатятся за виновных. Неудивительно, сказали они, если среди такой огромной массы находятся некоторые горячие головы и по молодости своей необдуманные; отыскать их теперь невозможно, так как все переменили свой образ мысли и из страха пред наказанием будут отпираться от своей вины. Пусть он лучше позаботится теперь о поддержании мира среди населения, о сохранении города для римлян; пусть лучше простить немногих провинившихся ради многих невинных, а не ввергнет в несчастье огромную массу благонадежных из-за горсти злодеев. Этот ответ только увеличил его гнев; он громко отдал приказ войску разграбить так называвшийся верхний рынок и убить всех, которые только попадутся им в руки. Повеление начальника пришлось по вкусу алчным солдатам: они не только разгромили указан­ную им часть города, но врывались во все дома и убивали жильцов. Все пустились бежать по тесным улицам; кто был застигнут, тот должен был умереть, и ни единый способ разбоя не был упущен солдатами. Многих также спокойных граждан они схватили жи­выми и притащили к Флору, который велел их прежде бичевать, а затем распять. Общее число погибших в тот день вместе с женщинами и детьми (и бессловесные дети не были пощажены) достигало около 3600". (Далее Флавий пишет, что резня произошла "в шестнадцатый день месяца Артемизия").

66, 18 июля — Иудейская война. Начало вооружённого противостояния в Иерусалиме между приверженцами решительных действий против Рима и более умереной частью общества, поддерживаемой царём Агриппой. Далее

Иосиф Флавий: "Элеазар, сын первосвященника Анания,чрезвычайно смелый юноша, занимавший тогда начальнический пост, предложил тем, которые заведовали порядком богослужения, не принимать больше никаких даров и жертв от неиудеев. Это распоряжение и было собственно началом войны с римлянами, потому что в нем заключалось отвержение жертвы за императора и римлян. Как ни упрашивали первосвященник и знатнейшие особы—не отменить обычного жертвоприношения за верховную власть, они все-таки не уступали... Ввиду серьезного и опасного характера движения, представители вла­стей, первосвященники и знатнейшие фарисеи, собрались вместе для совещания о положении дел. Решено было попытаться урезонить недовольных добрыми словами; с этой целью народ был созван на собрание к медным воротам, находящимся внутри храмового двора, против восточной стороны. Сделав народу много упреков за его смелую попытку к отпадению, сопряженному с столь опасной войной для отечества, ораторы старались вместе с тем поколебать основательность поводов к этой войне. Во время этой речи представлены были народу священники, знакомые с древними обычаями и разъяснившие, что их предки во все времена принимали жертвы от иноплеменников. На все это никто из восставших не обратил никакого внимания...Представители властей увидели, что они больше не в состоянии справиться с мятежом, они отправили посольства: одно под предводительством Симона, сына Анании, к Флору, а другое — к Агриппе. Обоих они просили стянуть войска к городу и подавить восстание, пока есть еще возможность. Для Флора это было чрезвычайно приятное известие; решившись раздувать пламя войны, он не дал послам никакого ответа. Но Агриппа, одинаково озабоченный судьбою, как восставших, так и тех, против которых война была возбуждена, старавшийся сохранить для римлян иудеев, а для иудеев — их храм и столицу, послал иерусалимским жителям три тысячи конных солдат под командой Дария, начальника конницы. Ободренная этой помощью, иерусалимская знать, с первосвященниками и миролюбивой частью населения, заняла верхний город; нижний же город и храм находились в руках мятежников. С обеих сторон пустили в ход камни и метательные снаряды и начался беспрерывный ряд перестрелок между обоими лагерями. Семь дней подряд лилась кровь с обеих сторон и, однако, ни одна партия не уступала другой занятых ею позиций". (В ссылке к тексту говорится, что военные действия начались 8 ава, то есть 18 июля).

66, 25 июля — Иудейская война. "На восьмой день, в праздник ношения дров (в ссылке - 15 ава. то есть 25 июля), когда каждый должен был доставить дрова к алтарю для поддержания на нем вечного огня, ревнители исключили своих противников из участия в этом акте богослужения. Вместе с невооруженной массой вкралось тогда в храм множество сикариев (разбойников с кинжалами под платьем), с помощью которых они еще более усилили нападения. Царские отряды оказались в меньшинстве и уступали им также в мужестве; они должны были освободить верхний город. Тогда наступавшие вторгнулись туда и сожгли дом первосвященника Анания, а также дворцы Агриппы и Вере­ники; вслед за этим они перенесли огонь в здание архива для того, чтобы как можно скорее уничтожить долговые документы и сделать невозможным взыскание долгов. Этим они имели в виду привлечь массу должников на свою сторону и восстановить бедных против лиц состоятельных. Надзиратели архива бежали, так что они беспрепятственно могли предать его огню. Уничтожив здания, составлявшие как бы нервы города, они бросились на своих врагов. Часть властных людей и первосвященников скрылась в подземные ходы; другие вместе с царским отрядом отступили назад, в верхний дворец, и поспешно заперли за собою ворота. Между последними находились: первосвященник Ананий, брат его Езекия и посланные пред тем к Агриппе делегаты. Тогда только бунтовщики сделали перерыв, доволь­ствуясь победой и произведенными огнем опустошениями". (Иосиф Флавий)

66, 26 июля — Иудейская война. "На следующий день (в 15-й день Лооса - 16 ава, 26 июля) они сделали нападение на замок Антонии, штурмовали его после двухдневной осады, убили весь гарнизон, а самую цитадель предали огню. За тем они обступили дворец, куда спаслись царские отряды, разделились на четыре громады и пытались пробить стену. Находившиеся внутри, в виду многочисленности наступавших, не отваживались на вылазку; вместо этого они установили посты на брустверах и башнях, стреляли в нападавших и убивали значительное число разбойников под стеною. Ни днем, ни ночью не унималась борьба..." (Иосиф Флавий)

66, 26 августа — Иудейская война. "С большой храбростью удерживали римляне этот последний, сильно укрепленный опорный пункт. Все же их положение было безнадежно, и, когда евреи обещали им, при условиисдачи оружия, свободный выход, они с радостью приняли их предложение. ДАЛЕЕ

Обе партии подтвердили клятвой и честным словом свое обещание отпустить их. Но как только осажденные отдали оружие, "Мстители Израиля" ринулись на беззащитных и начали их убивать. Римляне не оказывали сопротивления и непросили пощады, но они кричали: "Клятва! Условие!" Сначала они кричали эти слова хором, затем кричало все меньше голосов, все слабее становился хор, наконец, остался только один голос, кричавший: "Клятва! Условие!" Но вот умолк и он. Это произошло в субботу, 7 сентября, 20 элула по еврейскому счислению". (Л. Фейхвангер). Иосиф Флавий: "Осажденные послали к...главарям восстания просить о свободном отступлении; только царским солдатам и коренным жителям это было предоставлено. Оставшихся же на месте римлян охватило отчаяние...Метилий, римский предводитель, послал вестников к Элеазару с просьбой пощадить только жизнь и взамен нее взять оружие и все имущество. Элеазар охотно согласился на эту просьбу и послал Гориона сына Никомеда, Анания сына Саддука и Иуду сына Ионафана для того, чтобы подтвердить миролюбивое соглашение ударом по рукам и клятвой. Вслед за этим Метилий действительно вывел свои отряды. Все время, когда последние носили еще свое оружие, никто из бунтовщиков их не трогал и не обнаруживал ни тени измены; когда же все, согласно уговору, сложили свои щиты и мечи и, не подозревая ничего дурного, начали удаляться, тогда люди Элеазара бросились на них и оцепили их кругом. Римляне не пробовали даже защищаться или просить о пощаде; но они громко ссылались на уговор. Все были умерщвлены. Для римлян этот урон был незначителен. Для иудеев же это являлось как бы началом их собственной гибели; они сознавали, что теперь дан бесповоротный повод войне и что их город запятнан таким постыдным делом; при том резня была совершена как раз в субботу" (Субботой, указывается в ссылке, было 17 элула, т. е. 26 августа).

66, 26 августа — Иудейская война. И. Флавий: "В тот же день и тот же час, как бы по высшему предопре­делению, жители Кейсареи убили всех иудеев в городе; в один час убито было свыше двадцати тысяч, так что во всем городе не осталось ни одной иудейской души, ибо и бежавших Флор изловил и, как пленных, поместил в корабельные верфи".

66, 30 сентября — Иудейская война. Сирийский генерал-губернатор Цестий Галл во главе 12 легиона, восьми полков сирийской пехоты, значительного контингента войск вассальных государств (Один только еврейский царь Агриппа, старавшийся доказать Риму свою верность, выставил две тысячи человек кавалерии да еще три стрелковых полка) стал лагерем в 50 стадиях от Иерусалима. (Л. Фейхвангер), (1 стадия - 185 м.) (Фейхвангер пишет, что это случилось 27 сентября, но Иосиф Флавий о том же сообщает: "Как только иудеи увидели, что театр войны приближается к столице, они приостановили празднование и взялись за оружие. Упорствуя в своей надежде на свою многочисленность, они с воинственными кликами бросились беспорядочными толпами в битву, не взирая на седьмой день, который, как день отдыха и покоя, они всегда соблюдали наистрожайшим образом", а в 66 году суббота выпадала на 16, 23, 30 сентября, Фейхтвангер же пользуется Римским счислением, несовпадающим с современным).

66, 7 октября — Иудейская война. Иосиф Флавий: "Он (Цестий Галл) выстроил войско в боевой порядок и повел его на город. Народ был охраняем мятежниками; эти же последние, устрашившись стройной организации римлян, покинули наружные предместья города и ушли во внутренний город и в храм. Цестий занял покинутую местность и превратил в пепел Вецету, новый город и так называвшийся дровяной рынок; вслед за тем он подступил к верхнему городу и расположился лагерем против царского дворца".

66, 16 октября — Иудейская война. Цестий Галл подготовил к 2 ноября решительный штурм, намереваясь применить такие методы, при которых он, по всем человеческим расчетам, не мог не удаться. Однако ночью он отдал приказ свертывать палатки и начать отступление. Он казался больным и расстроенным. Что же случилось? Никто этого не знал. Все осаждали полковника Павлина, адъютанта Цестия Галла. Тот пожимал плечами. Генералы качали головой, Цестий не привел никакой причины для столь неожиданного приказа, а дисциплина не позволяла задавать вопросы. Армия снялась с места, начала отступать. (Л. Фейхвангер) И. Флавий: "Пять дней римляне делали попытки со всех сторон, не достигая никакого результата; но на шестой день Цестий сформировал сильный отряд отборных солдат, присоединил к ним и стрелков и сделал нападение на северную сторону храма. Иудеи защищались с высоты галерей и неоднократно отбивали атаку на стены, но вынуждены были все-таки отступить перед горячей стрельбой. Тогда римляне устроили так называемую черепаху, состоявшую в том, что передовые солдаты крепко упирали свои щиты в стены, следовавшие за ними упирали свои щиты в предыдущие и т. д. Стрелы, падавшие на этот навес, скользили по поверхности, без всякого действия: солдаты могли теперь совершенно спокойно подкопать стену и сделали уже приготовления к тому, чтобы поджечь храмовые ворота.Страшная паника охватила теперь мятежников. Уже многие бежали из города, ожидая его покорения с минуты на минуту.Невзирая на отчаяние осаждённых, Цестий вдруг велел солдатам отступить назад, отказался от всякой надежды на успех, хотя он никакой неудачи не потерпел, и самым неожиданным образом покинул город". (дата 16 октября вытекает из пояснений Фейхтвангера и Иосифа Флавия к 17 октября.)

66, 17 октября — Иудейская война. "Сначала потрясенные, не веря, потом с облегчением, потом с беспредельным ликованием наблюдали евреи за уходом осаждавшего войска. Неуверенно, все еще опасаясь, что это тактический маневр, но затем все с большей энергией начали они преследование. Далее

Нелегким оказалось для римлян это отступление. От Иерусалима за ними шли по пятам повстанцы. В северной области, которую отступавшим надо было пересечь, некий Симон бар Гиора, галилейский вождь, организовал беспощадную партизанскую войну. Этот Симон бар Гиора, сделав быстрое обходное движение, засел с главной массой своих отрядов в ущелье Бет-Хорон. Римляне потерпели такое поражение, какого они не знали со времен своего поражения в Азии в эпоху Парфянской войны. У евреев число убитых еще не дошло до тысячи, а римляне уже потеряли пять тысяч шестьсот восемьдесят человек пехоты и триста восемьдесят кавалеристов. Среди убитых был и генерал Гессий Флор. Артиллерия, военные материалы, золотой орел легиона и богатая военная казна в придачу - все досталось евреям. Это произошло 3 ноября по римскому счислению, 8 диоса - по греческому и 10 мархешвана по еврейскому, в двенадцатый год царствования Нерона. И. Флавий: "Его внезапное отступление возвратило смелость разбойникам, которые напали на арьергард и убили массу всадников и пехоты. Ближайшую ночь Цестий провел в стане на Скопе; но на следующий день он двинулся дальше, сам как будто маня за собою неприятеля. Последний еще раз уничтожил заднее войско в походе и одновременно с тем подстреливал его со стороны дороги. Арьергард не осмеливался стать против своих преследователей, так как он считал, что их необычайно много, фланги также не были в состоянии отражать нападение, так как римляне были тяжело вооружены и опасались разорвать походную линию; иудеи напротив, как они хорошо видели, были легко вооружены и вели нападение с большим воодушевлением. Так они должны были терпеть большие потери, не будучи в состоянии причинить с своей стороны какой-либо вред неприятелю. Поражаемые на всем пути и приводимые каждый раз в смятение, они падали массами. В числе многочисленных убитых были предводитель шестого легиона Приск, трибун Лонгин и начальник одного из конных эскадронов, Эмилий Юкунд. С большим трудом, потеряв также большую часть своей поклажи, они достигли, наконец, своего прежнего лагеря — Гаваона. Цестий провел здесь в нере­шительности два дня; когда на третий день число неприятеля еще больше увеличилось и все кругом кишело иудеями, он сознал, что его медлительность послужила ему только во вред и что дальнейшее пребывание на месте только умножит еще более число его врагов. Чтобы ускорить бегство, он приказал уничтожить все, что может отягчать войско в пути. Были убиты поэтому мулы и вьючные животные за исключением тех, которые носили орудия стрельбы и машины; последние они сохранили на случай надобности, а главным образом для того, чтобы они не попались в руки иудеев и не были ими обращены против римлян. После этого они выступили в Ветхорон. На открытом поле иудеи их меньше беспокоили; но каждый раз, когда им приходилось спускаться вниз по узким крутизнам, одна часть иудеев, быстро забегая вперед, загораживала им выход, другая часть сзади гнала их в лощину, а главная масса, растягиваясь по отлогим сторонам дороги, обдавала войско градом стрел. Тяжело было пехоте, не знавшей как обороняться, но в еще большей опасности находилась конница: совершать спуск сомкнутыми рядами не дозво­ляла ей беспрерывная стрельба, но вместе с тем непроходимые кру­тизны мешали им набрасываться на неприятеля; с другой же стороны дороги зияли овраги и пропасти, в которые они падали при каждом неосторожном движении. Не имея таким образом возмож­ности ни бежать, ни сопротивляться, они в своей нужде разражались громкими воплями и криками отчаяния. Им в ответ раздавались победные звуки, ликующие крики и призывы мщения иудеев. Немногого не доставало, чтобы они смяли всю армию Цестия; но наступила ночь и тогда римляне могли бежать в Ветхорон. Иудеи меж тем заняли все кругом и стали выжидать их выступления. Отчаявшись в возможности открытого отступления, Цестий начал помышлять о тайном бегстве. С этой целью он избрал около четырехсот храбрейших, солдат и расставил их вдоль шанцев с приказом водрузить на них полевые знаки лагерных караулов для того, чтобы заставить иудеев думать, что все войско находится еще в стане. Он же сам с остальным войском выступил втихомолку на тридцать стадий вперед. На следующий день, когда иудеи увидели римский стан покинутым, они напали на тех четырехсот, которые их обманули; поспешно расстреляли их и пустились в погоню за Цестием. Но последний в продолжение ночи выиграл довольно большое расстояние, а днем ускорил бегство до того, что солдаты в страхе и смятении оставили в дороге осадные и метательные машины, равно как и большую часть других орудий, которые достались иудеям и впоследствии употреблялись против их первоначальных обладателей. Иудеи гнались за римлянами до Антипатриды, но так как не застали уже их здесь, то возвратились назад, взяли с собою машины, ограбили трупы, собрали покинутую римлянами добычу и с победными песнями вступили в столицу. Сами они потеряли очень немного людей в то время, как римлян и их союзников они убили пять тысяч триста пеших солдат и триста восемьдесят всадников. Это совершилось на восьмой день месяца Дия, в двенадцатом году царствования Нерона (4 до разруш. храма)" Л. Фейхвангер. (Диос - мархешван, 8 мархешвана 66 года - 15 октября).

1266, 15 июня — Погром в Кёльне. Убиты 12 евреев, в том числе раввин Исаак Бен Симсон.

1466, 17 января — Король Сицилии и Арагона Иоанн Второй дал разрешение Бенджамину Романо создать еврейский университет в области медицины и права. Идея не была претворена в жизнь, а 1492 году евреи были высланы с острова по приказу испанской короны, в том числе 5000 евреев Сиракуз, составлявших примерно 40% жителей города.

1466, 9 февраля — Папа Римский Павел II заставил евреев участвовать в «шутейных бегах» во время карнавала в Риме. Для христианских зрителей - это было увеселительное зрелище, а для евреев – величайшее унижение.

1566, 19 апреля — Папа Римский Пий V (Антонио Гислиери) черех 3 месяца после вступления в должность восстановил антиеврейские ограничения, введённые Павлом Четвёртым. В их числе было требование носить специальные головные уборы, запрещение владеть недвижимостью, врачам - лечить христиан, общинам - иметь более одной синагоги.

1664, 26 февраля — Пять французских военных кораблей обстреляли Кайенну - столицу Гвианы, принадлежащую Голландии, и высадили десант. Силы были неравными, и голландцы покинули город без боя. Еще через три года Кайенну разорили англичане, после чего евреи перебрались в соседний Суринам. (см. 20 июля, 12 сентября)

1664, 9 мая — Погром в Краковском предместье Львова. Погибло свыше ста евреев и многие дома были разрушены.

1665, 31 мая — В Газе Саббатай Цви - центральная фигура самого крупного в еврейской истории (после восстания Бар-Кохбы) мессианского движения, публично провозгласил себя Мессией.

1665, 17 августа — Британские власти Суринама предоставили евреям этой страны привилегию, гарантировавшую им равные с христианами гражданские права, включая право занимать официальные должности (что не было к тому времени сделано ни в одной христианской стране, включая саму Великобританию), а также свободу вероисповедания и общинную автономию. В начале 1667 г. эта привилегия была расширена: новый указ гласил, что все евреи, поселившиеся в Суринаме, могут, независимо от их происхождения, стать полноправными подданными британской короны. Подробнее

В 1664 г. в Суринам прибыла группа евреев, изгнанных из Кайенны (Французская Гвиана), в том числе свыше 150 выходцев из Ливорно, живших там с 1660 г. Во главе этой группы стоял богатый торговец и землевладелец Давид Наси (Иосиф Нуньес де Фонсека), сыгравший заметную роль в организации еврейской общины Суринама; его потомки на протяжении многих десятилетий входили в руководство этой общины. Евреи, в особенности переселенцы из Бразилии и Кайенны, имевшие опыт выращивания сахарного тростника и торговли сахаром, высоко ценившимся в те времена, внесли в 1650–60-х гг. весомый вклад в становление хозяйства Суринама.

 

1666, 14 сентября — Саббатай Цви - лжемессия, в которого, однако поверили в Европе, как в нового царя Израиля, принял в Турции ислам. Родился в 1626 году. Возомнил себя Машиахом. Благодаря приверженцам, смог убедить в этом рассеянных по миру евреев от Варшавы до Амстердама, Каира и Хеврона (ужасы хмельнитчины поспособствовали). Отправился в Стамбул свергать султана - Эрец-Исраэль тогда принадлежала Турции. Был им арестован и при альтернативе: новая религия или мучительная смерть - выбрал первое.

1667, 10 февраля — Умер раввин Давид а-Леви

Родился в 1586 году во Владимире-Волынском. Образование получил под руководством старшего брата р. Ицхака бен-Шмуэля а-Леви. Р. Давид некоторое время жил в Бресте у своего тестя р. Йоэля Сиркеса (автора Байт Хадаш), затем переселился в Краков. Он занимал раввинские должности в Политше, Остроге и Львове. В Остроге р. Давид открыл йешиву и составил комментарий к Шулхан Аруху, раздел Йорэ Дэа (Люблин, 1646). Труд р. Давида имел большое значение при разрешении галахических вопросов, автор стал крупнейшим авторитетом эпохи. В 1648 году р. Давид , спасаясь от казаков Хмельницкого, бежал с семьёй в Моравию и поселился в Штейнице, возле Острау, где, вероятно, был раввином. Это послужило источником ошибки: полагали, что р. Давид до казацкого восстания был раввином в Острау, а не в Остроге. Через некоторое время р. Давид получил место главы раввинского суда во Львове, а после смерти р. Меира Зака занял раввинский пост (1653), причём сначала он был раввином пригородов, и лишь спустя некоторое время его компетенция распространилась на сам «город Львов и провинцию». Два сына р. Давида погибли во время погрома во Львове в 1664 году. Третий сын, р. Йешаягу Сегаль, и пасынок, р. Арье-Лейб, были теми самыми польскими талмудистами, которых в 1666 году послали в Турцию, чтобы они проверили на месте, является ли Шабтай Цви Машиахом. Отправил их, вероятно, сам р. Давид; во всяком случае, они поехали с его согласия. Посланцы вернулись с подарком р. Давиду от лжемашиаха и письмом, в котором Шабтай обещал отомстить за обиды, чинимые польским евреям. Большинство сочинений р. Давида вышло после кончины автора. Его комментарий к Шулхан Аруху, раздел Орах Хаим – Турей Захав (сокращённо ТАЗ , так стали называть и р. Давида – ТАЗ , т.е. автор Турей Захав) – был издан С. Бассом в Дигернфурте в 1692 году вместе с комментарием р. Авраама Абеле Гомбинера Маген Авраам; оба комментария печатаются во всех изданиях Шулхан Аруха и оказывают большое влияние на религиозную практику ашкеназских евреев. За два года до выхода в свет этого издания каббалист р. Йегуда из Ковеля (Волынская губерния), назначил значительную сумму с целью издания его собственного комментария на Орах Хаим совместно с ТАЗ , но деньги были употреблены на издание другого сочинения р. Давида – Диврей Давид , комментария на комментарий Раши (Дигернфурт, 1690). В том же году в Гамбурге была издана часть комментария ТАЗ на Шулхан Арух, раздел Хошен Мишпат, с примечаниями р. Цви Гирша Ашкенази. Вторая часть комментария вышла лишь спустя 70 лет (1761). Часть ТАЗ к Шулхан Аруху, раздел Эвен а-Эзер, была впервые напечатана в Жолкиеве в 1754 году. Кроме того, р. Давид – автор многих респонсов (ответов на галахические вопросы), которые, правда, не были изданы. Вместе со своим оппонентом Шабтаем Коэном (ШАХ – автор комментария Сифтей Коэн), р. Давид считается крупнейшим авторитетом среди ахароним – галахистов поздних поколений. Решениям этих двух корифеев отдаётся преимущество перед постановлениями р. Йосефа Каро и р. Моше Иссерлеса (РАМА). В 1683 году Ваад четырёх стран постановил, что авторитет комментария ТАЗ выше авторитета комментария ШАХ, но впоследствии руководящее значение стали признавать за последним.

  знаменитый законоучитель и комментатор свода еврейских законов «Шулхан Арух».

1668, 28 января — (или 14 февраля) Папа Климент IX отменил шествие евреев во время карнавала в Риме(С начала 17 в. их принуждали участвовать в особых карнавальных процессиях: 100 евреев во главе с раввином должны были ехать на ослах, сидя лицом к хвосту), столь дорогое римским сердцам, заменив его ежегодной податью в 300 эскудо, которую они должны были платить хранителю вечного города в первый день карнавала. Он ставил свою ногу на затылок распростертого на земле представителя еврейской общины и отпускал его, восклицая: «Идите!» (Andate).

1668, 14 февраля — Папа Клемент Девятый заменил ежегодным налогом унизительное участие евреев в еженедельных римских карнавалах, устраивавшихся каждый понедельник ("чёрный понедельник"). С начала 17 в. евреев Рима принуждали участвовать в особых карнавальных процессиях: 100 евреев во главе с раввином должны были ехать на ослах, сидя лицом к хвосту.

1668, 25 ноября — 30-пушечный корсарский фрегат под командой Моисея Воклена

Моисей Воклэн (Moїse Vauquelin) был корсаром еврейского происхождения, промышлявшим в Карибском море в 1660-е годы. Другие варианты написания его имени – Моисей ван Вайн, Вау Кляйн, Воклейн. В 1666 г. он участвовал в знаменитом походе Франсуа Олоне на города Маракайбо и Гибралтар. Первоначально флотилия Олоне насчитывала пять судов (по данным А.О. Эксквемелина – восемь). На их борту разместилось около 400 человек (в советском издании «Пиратов Америки» приводится явно ошибочное число – 1660 человек). В конце апреля 1666 г. они покинули Тортугу, и их первая стоянка была в Байяхе, на северном побережье Эспаньолы. Там к пиратам присоединилось несколько десятков охотников-буканьеров. Подремонтировав суда и взяв на борт свежий запас провизии, флибустьеры в конце июля добрались до восточной оконечности острова. Здесь был захвачен испанский 16-пушечный торговый корабль, направляющийся из Пуэрто-Рико в Новую Испанию с грузом какао и драгоценностей. В трюмах корабля нашли 120 тыс. фунтов какао, 40 тыс. пиастров и драгоценностей на 10 тыс. песо. Олоне отослал корабль на Тортугу, чтобы там разгрузить его и привести на остров Саону. Когда пиратские суда достигли Саоны, им повстречался еще один испанский корабль; последний шел из Куманы (Венесуэла) с оружием и жалованьем для гарнизона Санто-Доминго. Приз был взят легко, без единого выстрела. На нем обнаружили 8 пушек, 7 тыс. фунтов пороха, мушкеты, фитили и 12 тыс. пиастров в звонкой монете. Высадив пленных испанцев на берег, флибустьеры переименовали свой приз в «Пудриер» («Пороховой погреб») и передали его под командование Антуану дю Пюи. Тем временем корабль, нагруженный какао и переименованный разбойниками в «Какаойер» («Плантация какао»), пришел на Тортугу. Губернатор острова Бертран д’Ожерон велел разгрузить его и спешно отослал назад к Олоне со свежим провиантом и пополнением. Через две недели «Какаойер» догнал флотилию. Олоне пересел на этот корабль, сделав его флагманом, а свое собственное 10-пушечное судно (с экипажем в 90 человек) передал Моисею Воклэну, командовавшему также собственной бригантиной с экипажем в 40 человек. Кроме «Какаойера» (командир – Франсуа Олоне, экипаж – 120 человек), двух кораблей Воклэна (общая численность команд – 130 человек) и «Пудриера» (командир – Антуан дю Пюи, экипаж – около 90 человек), во флотилию входили бригантина под командованием Пьера Пикара (Пикардийца) с командой в 40 человек и две небольшие барки, насчитывавшие на борту примерно по 30 человек каждая. Таким образом, всего в походе участвовало около 440 человек. Поход на Маракайбо оказался удачным. По данным миссионера Жана-Батиста дю Тертра, чеканного серебра было взято на 80 тыс. пиастров, а полотна – на 32 тыс. ливров, «фут которого они, говорят, продавали за полцены». Губернатор Тортуги писал, что на каждого участника экспедиции пришлось по 200 экю в звонкой монете. В мае 1668 г. Воклэн отплыл с Тортуги в составе новой экспедиции Олоне, которая захватила в Гондурасском заливе несколько испанских судов и ограбила города Пуэрто-Кавальо (совр. Пуэрто-Кортес) и Сан-Педро (совр. Сан-Педро-Сула). Поскольку в целом добыча оказалась не очень большой, Воклэн и его люди решили отделиться от флотилии Олоне. Переоснастив корабль, взятый близ Пуэрто-Кавальо, пираты пошли вдоль побережья Гондураса в восточном направлении. Воклэну, однако, не повезло – его корабль неожиданно налетел на рифы. Спас потерпевших кораблекрушение шевалье Филипп Дюплесси, прибывший в Гондурасский залив на снаряженном во Франции 30-пушечном корсарском фрегате. Отправившись в воды Кубы, шевалье Дюплесси вступил там в сражение с испанским кораблем и погиб. Воклэн занял вакантное место капитана и вскоре овладел у берегов Кубы флейтом водоизмещением от 400 до 500 тонн, в трюмах которого находился груз какао. Этот приз он повел на Тортугу, куда хотел доставить также тело погибшего шевалье. 25 ноября 1668 г. Воклэн встретился в море с корсарским судном, которым командовал капитан Франсуа Больё из Руана. Последнее известное нам упоминание о Воклэне встречается в документе, датированном 1670 г.; ветеран флибустьерского промысла вместе с капитаном Филиппом Бекелем участвовал в составлении подробного отчета о Юкатане и Гондурасе для вице-адмирала французского флота графа д’Эстре.

  следует курсом на Тортугу с "призом" - флейтом водоизмещением от 400 до 500 тонн, в трюмах которого находился груз какао.