1925 — события (0-25 из 31)
ОЗЕТ (аббревиатура от Общество землеустройства еврейских трудящихся; полное название — Всесоюзное общество по земельному устройству трудящихся евреев в СССР), организация (формально — общественная), ставившая целью привлечение советских евреев к земледельческому труду. Проводила сбор средств в разных странах мира (в основном среди евреев). Общество землеустройства еврейских трудящихся было организовано 17 января 1925 г. в Москве в помощь Комзету по инициативе партийных кругов (устав утвержден 24 декабря 1924 г. Совнаркомом). Центральное правление Общества землеустройства еврейских трудящихся возглавили Ю. Ларин и его заместитель А. Брагин (1893–1938?). Согласно уставу, членами Общества могли быть любые лица старше 18 лет, не имевшие судимости (что открыло доступ в Общество землеустройства еврейских трудящихся так называемым лишенцам), а также коллективы, исключая религиозные общины (мотивировалось принципом отделения церкви от государства) и политические организации (например, Хе-Халуц и левые Поалей Цион, поскольку Общество землеустройства еврейских трудящихся декларировало свою внепартийность). На первых этапах главными задачами Общества землеустройства еврейских трудящихся было привлечение к поселенческим планам Комзета общественных симпатий в Советском Союзе и за рубежом, где ставилась также цель усилить советское влияние в еврейской среде, а также сбор средств на осуществление этих проектов. Критические выступления американских сионистов, газеты ДЖУИШ КРОНИКАЛ и некоторых других еврейских групп и печатных органов, усмотревших в пропаганде проектов широкой еврейской сельскохозяйственной колонизации в Советском Союзе альтернативу сионизму с его идеей заселения Эрец-Исраэль, Общество землеустройства еврейских трудящихся попыталось приглушить принятой 16 ноября 1925 г. резолюцией -О палестинской колонизации-. В ней говорилось, что Общество землеустройства еврейских трудящихся: 1) никогда не занималось и не занимается вопросом о колонизации Палестины; 2) никогда не противопоставляло и не противопоставляет свою работу по еврейской колонизации в СССР работе других организаций по колонизации Палестины; 3) не стремилось и не стремится ставить никаких препятствий переселению в Палестину и из СССР, поскольку будут желающие, несмотря на большую дешевизну, большую прочность и обеспеченность и большую выгодность колонизации евреев в СССР, чем в Палестине. Эта резолюция, вероятно, была лишь тактическим маневром в борьбе за еврейское общественное мнение, так как с самого начала Общество землеустройства еврейских трудящихся не только противопоставляло свою деятельность сионизму, но и боролось с ним, как отметили делегаты второго съезда нелегального Хе-Халуца, проходившего в коммуне Мишмар в феврале 1926 г. К популяризации своих целей и планов Общество землеустройства еврейских трудящихся широко привлекало еврейскую интеллигенцию. В обращении К ЕВРЕЯМ ВСЕХ СТРАН МИРА (апрель 1926 г.) советские еврейские писатели Н. Ойслендер, З. Аксельрод, Х. Орланд, Я. Бронштейн, Ш. Н. Годинер, А. Гурштейн, И. Добрушин, М. Даниэль, Ш. Галкин, Д. Гофштейн, З. Вендров, М. Тейф, И. Фефер, Н. Лурье, И. Нусинов, Э. Фининберг, Ш. Персов, А. Кушниров, Л. Квитко, И. Кипнис, Э. Родин и др. призывали еврейскую общественность и, прежде всего, своих коллег и всех деятелей культуры поддержать еврейское землеустройство в Советском Союзе и предрекали ПРЕЗРЕНИЕ ПОКОЛЕНИЙ тем, кто не впишет в это дело СВОЕГО ИМЕНИ. Через несколько месяцев после образования Общества землеустройства еврейских трудящихся были созданы сравнительно независимые от центра филиалы в союзных и автономных республиках — БелОЗЕТ (в Минске), УкрОЗЕТ (в Харькове), ТатОЗЕТ (в Казани), КрымОЗЕТ (в Симферополе), ГрузОЗЕТ (в Тбилиси) и др. Эти филиалы, хотя и были связаны единым уставом и организованы во всесоюзное общество, зачастую вступали в конфликты с центром, так как их работа зависела от местных условий и взаимоотношений с республиканскими властями. За границей также были созданы аналогичные еврейские общества: в Берлине и Лондоне — Группа содействия Обществу землеустройства еврейских трудящихся при советских учреждениях, в Йоханнесбурге — Еврейский колонизационный фонд; в Нью-Йорке и Копенгагене — Икор, в Буэнос-Айресе — Прокор, в Риге — Осек, в Лондоне — Объединенный фонд содействия еврейской колонизации в России, в Тель-Авиве — Палестинское общество содействия еврейскому земледелию в Советском Союзе (Агру) и др., приступившие к разъяснительной работе и сбору денежных средств. В Советском Союзе оперативную деятельность по еврейскому землеустройству с согласия Комзета вели также иностранные еврейские филантропические организации: Агро-Джойнт, Еврейское колонизационное общество и ОРТ. Чтобы избежать дублирования в практической работе, Общество землеустройства еврейских трудящихся закрепило определенные районы еврейского заселения за своими местными филиалами, оставив за центром в основном Евпаторийский район и Дагестан. Общество землеустройства еврейских трудящихся оказывало помощь лишь новым поселениям, но не старым еврейским колониям и хозяйствам, создаваемым вблизи местечек. Общество землеустройства еврейских трудящихся занималось перевозкой поселенцев на новые места жительства, проводило профессиональный инструктаж, строило дома, осуществляло водоснабжение и землеустройство, обеспечивало скотом и инвентарем. Вместе с тем, Общество землеустройства еврейских трудящихся, проводя политику дифференцированного кредита, учитывало экономическое и социальное положение переселенцев. В отличие от зарубежных организаций (в основном Агро-Джойнт), стремившихся создать благоустроенные, развитые хозяйства, Общество землеустройства еврейских трудящихся строило еврейские поселения подчеркнуто скромно (зачастую дома с соломенными крышами), чтобы они не выделялись на фоне соседних нееврейских деревень. В ноябре 1926 г. в Москве состоялся 1-й съезд Общества землеустройства еврейских трудящихся, на котором присутствовали иностранные гости от Хильфсферейна, ОРТа, ЕКО, Джойнта, Альянса и других еврейских организаций и делегаты, представители свыше 60 тыс. членов организации. После речи председателя ВЦИК М. Калинина, который резко выступил против ассимиляции и выдвинул широковещательную программу еврейской автономии (прозванную на Западе ДЕКЛАРАЦИЕЙ КАЛИНИНА), разгорелась острая дискуссия между сторонниками и противниками создания чисто национальных еврейских поселений. Группа деятелей (большей частью беспартийных) во главе с А. Брагиным считала, что надо основывать не отдельные еврейские поселения, а сплошные массивы заселения, с целью создания базы для национального самоопределения евреев в Советском Союзе (то есть еврейской республики). Функционеры Евсекции во главе с секретарем бюро А. Чемериcским обвинили первых (и косвенно М. Калинина) в еврейском национализме и заявили, что ПОСЕЛЕНИЕ ЕВРЕЕВ НА ЗЕМЛЮ — дело всего рабочего класса, а не только евреев, и требовали снятия лозунга о еврейской советской республике, хотя теоретически считали ее создание возможным. С избранием на съезде Ш. Диманштейна главой Общества землеустройства еврейских трудящихся всю работу организации стала контролировать Евсекция (до ее закрытия в январе 1930 г.). Усилилась пропагандистская деятельность: вместо единственного ежегодника ЕВРЕЙСКИЙ КРЕСТЬЯНИН (№ 1,2, М., 1925–26) стал издаваться ежемесячник -Трибуна еврейской советской общественности- (1927–37; ответственный редактор, с краткими перерывами, Ш. Диманштейн; с 1929 г. — ТРИБУНА; выходила дважды в месяц или раз в десять дней), выходили брошюры и книги на русском (более 70), идиш, украинском, татарском и др. языках, периодические издания и сборники (например, -Социалистычна борозна-, украинский язык, Харьков, 1929; -Хаёти михнати-, еврейско-таджикский язык, Ташкент, 1931; -Трибуна ГрузОЗЕТа-, Тбилиси, 1934, и др.). В рамках этой политики экспонировались так называемые уголки Общества землеустройства еврейских трудящихся на советских выставках за границей, с 1927 г. — устраивались лотереи ОЗЕТа (пять до 1933–34 гг., свыше миллиона билетов в каждой), художественные выставки (например, -Еврейская автономная область и еврейские национальные районы в живописи и графике- в Москве в 1936 г.), был снят агитационный фильм ЕВРЕИ НА ЗЕМЛЕ (1928) и т. п. В ноябре 1927 г. уже насчитывалось 95 тыс. членов Общества землеустройства еврейских трудящихся (в апреле 1929 г. — 170 тыс. и 600 отделений). Для целей еврейского землеустройства была отведена площадь 3,9 млн. гектаров. 6 февраля 1928 г. центральные органы Общества землеустройства еврейских трудящихся, несмотря на несогласие части руководства (Ю. Ларин, А. Брагин и др.), выразили готовность организации принять на себя финансовое и практическое осуществление поселенческой работы в Биробиджане, предоставив иностранным организациям почти монопольное право действия во всех остальных районах СССР (так, УкрОЗЕТ вскоре передал ЕКО работу в Никопольском районе, а Центральный ОЗЕТ — Агро-Джойнту в Евпаторийском районе и т. д.). Таким образом, деятельность Общества землеустройства еврейских трудящихся фактически сосредоточилась на Биробиджанском проекте. Кроме обычных работ в Биробиджанском районе, Общество землеустройства еврейских трудящихся занималось прокладкой дорог, а также участвовало в организации санитарно-медицинской помощи и культурной жизни еврейских поселенцев. 24 мая 1928 г. Совнарком утвердил новый устав Общества землеустройства еврейских трудящихся, согласно которому членами ОЗЕТа не могли быть НЕТРУДОВЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ. Началась чистка рядов Общества землеустройства еврейских трудящихся от так называемых лишенцев, а также широкое привлечение нееврейских масс в организацию (автоматически записывали целые предприятия) с целью придания ей интернационального характера. Были созданы тысячи ячеек ОЗЕТа в городах, деревнях и армии, а в школах из детей 10–16 лет организовывались ячейки ДРУЗЬЯ ОЗЕТА. Отделения Общества землеустройства еврейских трудящихся открывались в самых отдаленных районах страны, где почти не было евреев (например, в Верхнеудинске, ныне Улан-Уде; в 1931 г. там состоялся первый съезд Общества землеустройства еврейских трудящихся Бурят-Монголии). Для демонстрации успехов еврейского землеустройства и в плане проходившей кампании борьбы с антисемитизмом устраивались экскурсии рабочих, военных, студентов и школьников в образцовые еврейские хозяйства. В годы первой пятилетки (1929–32) Обществу землеустройства еврейских трудящихся было также поручено перевести часть еврейского населения в промышленность. С этой целью 30 октября 1930 г. советский филиал ОРТа был слит с Обществом землеустройства еврейских трудящихся. В декабре 1930 г. в Биробиджане состоялся второй съезд Общества землеустройства еврейских трудящихся, которое к этому времени насчитывало триста тысяч членов (из них около 45% неевреи, а в Москве, Ленинграде, Харькове — около 65%). Одной из главных идеологических задач съезд провозгласил борьбу с сионизмом и иудаизмом. В 1930-х гг. представители Общества землеустройства еврейских трудящихся активно участвовали в кампании по раскулачиванию в еврейских колониях и в проведении сплошной коллективизации, хотя против последней, применительно к национальным районам, выступал в печати (1930) Ш. Диманштейн. С 1931 г. Общество землеустройства еврейских трудящихся практически прекратило поселенческую деятельность, занимаясь лишь подбором кандидатов на переселение и их перевозкой, пропагандой и шефской помощью. Так, ЛенОЗЕТ финансировал геологическую экспедицию (1932–33) в Биробиджанский район, МосОЗЕТ — строительство больницы (1932) в Биробиджане, а через год — ввод в действие городской электростанции и т. д. Когда Совнарком передал в ведение Комзета всю переселенческую деятельность, функции Общества землеустройства еврейских трудящихся еще более сократились. На поставленный некоторыми деятелями Общества землеустройства еврейских трудящихся вопрос о целесообразности его существования на четвертом пленуме Общества землеустройства еврейских трудящихся (февраль 1936 г.) был дан прямолинейный ответ секретаря Совета национальностей ВЦИКа М. Хацкевича (1895–1943), заявившего, что так как Общество землеустройства еврейских трудящихся было создано не ими, а партией, то не им решать вопрос о его ликвидации. Вскоре начались репрессии в среде руководящего состава Общества землеустройства еврейских трудящихся, которых не спасли публичные коллективные и индивидуальные покаяния. Почти все крупные деятели Общества землеустройства еврейских трудящихся были арестованы и осуждены, его орган ТРИБУНА закрыт в ноябре 1937 г. (постановление ЦК ВКП/б/ о прекращении издания, опубликованное в январе 1938 г.), а само Общество землеустройства еврейских трудящихся было ликвидировано к середине 1938 г. www.eleven.co.il
Метки:
– нового года деревьев.«В Земле Израиля главным фактором, влияющим на урожай деревьев, являются зимние дожди, поэтому праздник Ту-би-Шват связан с окончанием зимы, сезона дождей. Тора повелевает нам отделять «десятинy» от урожая поля и сада в Земле Израиля и отдавать ее левитy, пришельцу, бедняку, сироте и вдове — «дабы благословил тебя Господь, Бог твой, во всяком деле рук твоих, которое ты будешь делать» (Второзаконие 14:29). Смысл этой заповеди в том, чтобы мы не чувствовали себя единственно полноправными владельцами Земли Израиля. Еврей должен ощущать, что действительным хозяином этой земли является Всевышний, а сам он — только пользователь, арендатор, которому эта земля передана для обработки. И, собрав урожай, он должен часть его возвратить xозяинy, т.е. использовать десятую долю своего дохода для осуществления Божественных принципов на земле: обеспечения службы в Храме и установления социальной справедливости… В Ту-би-Шват принято сажать деревья. Это сравнительно новая традиция, возникшая в конце прошлого века, когда первые еврейские поселенцы начали прибывать в страну Израиля, чтобы восстановить здесь еврейское присутствие. Страна была тогда разрушенной и пустой, она еле могла прокормить своих немногочисленных обитателей. Все «трезво мыслящие экономисты» предсказывали тогда, что массовая алия невозможна, ибо «столь маленькая страна не в состоянии вместить так много народа». Но евреи посадили эвкалипты и осушили болота, посадили леса и провели воду, устроили поля и фруктовые сады. Земля расцвела, и урожая — так же, как в древности, — стало хватать на всех» www.booknik.ru
Метки:
  - боец ЛЕХИ, один из боевиков, ликвидировавших 6 ноября 1944 года в Каире лорда Мойна. Казнён англичанами 22 марта 1945 года. (Лорд Мойн был одной из виднейших фигур Британской империи. С февраля 1941 года он занимал пост министра колоний и был председателем Палаты лордов в парламенте. Он был ответственен за гибель "Струмы". В июне 1942 года Мойн заявил в Палате лордов: "Я полностью одобряю политику "Белой книги". Надо ограничить еврейскую иммиграцию в Палестину. Надо опровергнуть утверждения д-ра Вейцмана о том, что Палестина является будто бы единственным местом, где возможно решить проблемы миллионов евреев. Сионистский подход слишком близорук. Решение следует искать в федерации арабских государств, куда будет включена и Палестина." Прибыв в 1944 году в Каир в качестве британского статс-секретаря по ближневосточным делам, Мойн начинает строить далекоидущие планы по ликвидации ишува в Эрец-Исраэль. Он открыто провозглашает, что "Палестина является арабской страной, а евреи — это разношерстный сброд; палестинские евреи должны покинуть страну, для них можно будет подыскать другую территорию в Африке. "Когда на его рассмотрение был предложен план спасения миллионов европейских евреев, он, как уже упоминалось выше, ответил: "Что я буду делать с миллионом евреев?..")родился в Бейруте в богатой семье коммерсантов. Когда ему было семь лет, его семья переезжает в Хайфу. Элиягу был еще подростком, когда в Хайфском порту взорвалось судно "Патрия", и 250 "нелегальных" репатриантов, бывших на его борту, погибли, Эта страшная картина произвела на Элиягу глубокое впечатление. Он запомнил ее навсегда. Проходят годы, Элиягу взрослеет. Он получает прекрасное образование, денег у него достаточно, свое время он проводит в развлечениях — "золотая молодежь"... Элиягу мобилизуется в британскую армию, но в его сердце горит любовь к Отчизне и свободе. И он решает дезертировать из армии и вступить в ряды Лехи. Но в это время, в 1943 году, Лехи переживает трудный период и не может предоставить ему укрытие. Поэтому решено, что Элиягу остается пока в армии, и ждет подходящего момента для дезертирства. В феврале 1944 года он приезжает в Каир и передает "Нехемье" (Йосефу Ситнеру) записку от "Бараца" (под этим именем работал в египетском отделении Лехи Михаэль), в которой говорилось, что податель этой записки (т. е. Элиягу Хаким) послан центром в Каир для помощи в доставке оружия в Эрец-Исраэль. "Бени" (Элиягу Хаким) успешно выполняет задание и сразу же вслед за этим дезертирует из английской армии. Родители Элиягу, зная, что их сын замешан в весьма опасных делах, разумеется, беспокоятся. Они публикуют в газетах объявление: "ЭлияТу, приезжай домой. Твои родители вернулись из Египта и хотят тебя видеть." Бени, прочитав объявление, говорит: "Бедные, как они волнуются. Им, конечно, кажется, что я каждый день вижу перед собой дула автоматов. Маме наверняка снятся ужасные сны по ночам... Она и не догадывается, насколько это прекрасно — быть борцом за свободу! Скоро я их утешу, они увидят меня целого и невредимого, и все будет в порядке..." Бени начинает принимать участие в операциях. Его инструктор говорит, что это лучший снайпер, которого он когда-либо обучал. Получив приказ отправиться на ответственную операцию в Египет, Хаким говорит: "Я думал об этом уже давно. Приказ этот нисколько не удивляет меня." И когда ответственный за проведение операции, объяснив Хакиму, какова его роль в ней, спросил, готов ли он и осознает ли, какой опасности себя подвергает, Элиягу Хаким ответил так: "Ради того, чтобы прикончить этого гоя, я готов пожертвовать собственной жизнью. Я не вернусь в страну, пока не выполню задания."
Метки:
Метки:
Метки:
В 1923 г. в поисках новых форм искусства пятеро актеров Эрец-Исраэль отправились учиться в Германию. По инициативе актриссы Мирьям Бернштейн-Кохен и рекомендации Ю. Завадского для руководства труппой был приглашен М. Гнесин, изучивший к этому времени достижения русской и немецко-еврейской школ. Заслуга М. Гнесина состояла в том, что он сумел соединить свой опыт с опытом, наработанным труппой, «с жестами молодежи, рожденными звучанием живого иврита». Возглавленный Гнесиным театр получил название «Театрон Эрец-Исреэли». В первом спектакле «Белшаццар» Гнесин попытался, используя приемы экспрессионистских таировских спектаклей «Сакунтала» Калидасы (1914) и «Саломея» О. Уайльда (1917), воссоздать древнюю восточную мистерию, в которой значительная роль отводилась стилизации движений (хореограф Ю. Клемт), музыке (композитор И. Ахрон), декорациям и костюму (художник А. Минчин). Отзывы критики были разноречивы: А. Цвейг писал в «Юдише рундшау», что постановщик превратил в «оперетту победу Бога Израиля», однако после возвращения труппы в Эрец-Исраэль в 1925 году спектакль прошел с небывалым успехом 50 раз, в том числе на церемонии открытия Еврейского университета в Иерусалиме, и был воспринят как «начало настоящего драматического искусства на иврите». Коллективу были предоставлены субсидии и даже заложено специальное здание, которое, правда, так и не было построено. «Театрон Эрец-Исреэли» был выразителем периода национальной романтики, однако уже к 1927 г. его репертуар и стилистика стали восприниматься как архаичные, и театр закрылся.
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
израильский полководец, начальник Генерального штаба Армии обороны Израиля с 1972 по 1974 год. Умер 15 апреля 1976 года.Приехал в Эрец-Исраэль в 1940 г., поселился в киббуце Ша‘ар-ха-‘Амаким недалеко от Хайфы. В 1946 г. Эл‘азар вступил в Палмах, окончил офицерские курсы. Во время Войны за Независимость в составе бригады Хар’эль участвовал в боях за Иерусалим в качестве командира роты. Отличился героическим поведением в ходе боев в иерусалимском квартале Катамон у монастыря Сен-Симон в конце апреля 1948 г., где был ранен. 18 мая 1948 г. небольшой отряд Палмаха под командованием Эл‘азара захватил Сионские ворота Старого города Иерусалима, но по приказу командования должен был отступить. Эл‘азар писал позднее, что то, что Старый город остался в руках арабов, составляет «печаль целого поколения». Затем воевал в Негеве, окончил войну в должности командира батальона. Во время Синайской кампании 1956 г. командовал пехотной бригадой, захватившей сектор Газа. По окончании войны перешел в бронетанковые войска, а в 1961 г. был назначен командующим бронетанковыми войсками. В 1962 г. Эл‘азар получил звание генерал-майора. Изучал в Еврейском университете в Иерусалиме экономику, а также историю Ближнего Востока. В ноябре 1964 г. Эл‘азар был назначен командующим Северным округом Израиля. Сыграл большую роль в разработке плана операции израильских войск во время Шестидневной войны. 5–6 июня 1967 г. части Северного округа под командованием Эл‘азара в ходе стремительной операции разгромили иорданские войска и заняли города Шхем и Дженин. Наступление израильских войск было неожиданным для иорданского командования. Эл‘азар писал: «Иорданцам не удалось выяснить направление нашего главного удара». 9–10 июня 1967 г. войска Северного округа разгромили сирийскую армию в районе Голанских высот (см. Голан). 10 июня 1967 г. израильские войска заняли Кунейтру, крупнейший город и основной пункт сирийской обороны на Голанских высотах. Сирийская армия, за исключением двух бригад, не принимавших участия в боях, была разгромлена. В 1969 г. Эл‘азар был назначен начальником оперативного отдела Генерального штаба, в ноябре 1971 г. — начальником Генерального штаба и получил звание генерал-лейтенанта. Эл‘азар, как и ряд других представителей высшего военного командования вооруженных сил (министр обороны М. Даян, начальник военной разведки генерал Э. Зе‘ира /родился в 1928 г./) в сентябре – начале октября 1973 г. считал, что арабские страны не собираются в ближайшее время начинать военные действия против Израиля. Однако утром 6 октября, после того, как были получены точные сведения, что арабские страны должны в этот день напасть на Израиль, Эл‘азар потребовал нанести превентивные воздушные удары по египетским и сирийским войскам, но премьер-министр Израиля Голда Меир была категорически против этого предложения. Во время Войны Судного дня Эл‘азар достаточно эффективно руководил действиями израильских войск. Созданная в ноябре 1973 г. по решению правительства комиссия под руководством судьи Ш. Аграната в итоговом документе, опубликованном 1 апреля 1974 г., возложила на Эл‘азара «персональную ответственность за то, что произошло накануне войны». Комиссия рекомендовала уволить Эл‘азара в отставку с поста начальника Генерального штаба. И хотя Эл‘азар был не согласен с выводами комиссии, он 2 апреля 1974 г. подал в отставку. В последние годы жизни был председателем совета директоров Израильской компании морского судоходства. Как и многие израильские военачальники (например, Р. Эйтан), политические деятели (например, Голда Меир) и историки (главный историк вооруженных сил Израиля И. Эйял) считали, что комиссия Аграната несправедливо обвинила во всех упущениях и возложила «всю ответственность за недоработки и промашки первых дней на начальника Генерального штаба Давида Эл‘азара». www.eleven.co.il
Метки:
- русский писатель, автор романа "Бабий яр".Впервые я встретился с писателем, когда, будучи еще десятиклассником, прочел его роман ПРОДОЛЖЕНИЕ ЛЕГЕНДЫ. Там он поставил под сомнение миф о том, что перед нами открыты все пути-дороги в большую жизнь. Второй раз услышал о нем в 66-м году, когда в журнале ЮНОСТЬ был опубликован роман БАБИЙ ЯР. Но в те годы мне не удалось его прочитать. В 69-ом я наткнулся на разносную статью главного редактора ЮНОСТИ Бориса Полевого о -проклятом отщепенце А. Кузнецове, сбежавшем на Запад-. Через какое-то время появились сообщения, что А. Кузнецов погиб в Лондоне в автокатастрофе. Еще в те времена, думая о нем, я задавался вопросом: какое отношение у русского Анатолия Кузнецова к Бабьему Яру, где было расстреляно сто тысяч евреев? И только через 20 с лишним лет он ответил мне сам: Вырос я на окраине Киева в Куреневке, недалеко от большого оврага, название которого в свое время было известно лишь местным жителям - Бабий яр. Как и прочие куреневские окрестности он был местом наших игр, местом моего детства. Потом сразу в один день он стал очень известен. В сентябре 41-го, когда немецкие войска захватили Киев, ему, 12-тилетне-му мальчишке, вместе с мамой-учительницей не удалось эвакуироваться и два долгих, нескончаемых года выживать под ярмом фашистской оккупации. Два года жизни рядом с Бабьим Яром. -Мы только слышали пулеметные очереди через разные промежутки: та-та-та, та-та... Два года изо дня в день я слышал, и это стоит в моих ушах сего дня-. Пепел десятков тысяч невинных стучал в его сердце, и маленький киевский Гаврош, начав писать свой роман - документ, стал Главным свидетелем преступления века: -...Первый вариант, можно сказать, написан, когда мне было 14 лет. В толстую самодельную тетрадь я, в те времена голодный, судорожный мальчишка, по горячим следам записал все, что видел, слышал о Бабьем Яре. Понятия не имел, зачем это делаю, но мне казалось, что так нужно. Чтобы ничего не забыть. Тетрадь эта называлась БАБИЙ ЯР, и я прятал ее от посторонних глаз. После войны в Советском Союзе был разгул антисемитизма и название БАБИЙ ЯР стало чуть ли не запретным. Однажды мою тетрадь нашла во время уборки мать, прочла, плакала над ней и посоветовала хранить. Она первая сказала, что когда-нибудь я должен написать книгу-. Прошли годы. Началась перестройка. Из спецхрана на свободу стали выходить книги, о которых мы слышали краем уха. Вот тогда, в 91-ом, я и встретился, наконец, с легендарным романом-документом. Он дошел до меня, как свет потухшей звезды, и теперь находится в моей библиотеке. Судьба романа необычна и трагична, судьба автора - того более. Роман резали, кромсали, калечили и увечили. Слово автору: -До неузнаваемости переделывались и все мои прежние работы, как и писателей, с которыми я был знаком. Мы старались читать произведения друг друга в рукописях, а не напечатанными, потому что разница – огромная. Перед писателем в СССР эта дилемма стоит всегда: либо вообще не печататься, либо печатать хотя бы то, что цензура позволила. Многие считают, что лучше донести до читателя хоть что-нибудь, чем ничего. Я тоже так считал... Когда я увидел, что из БАБЬЕГО ЯРА выбрасывается четверть особо важного текста, а смысл романа из-за этого переворачивается с ног на голову, я заявил, что в таком случае печатать отказываюсь, и потребовал рукопись обратно. Вот тут-то случилось нечто уж совсем неожиданное. Рукопись не отдавали... Дошло до дикой сцены в кабинете Б. Полевого, я требовал рукопись, я совсем ошалел, кричал: -Это же моя работа...-. А Полевой цинично, издеваясь, говорил: -...рукопись вам никто не отдаст, и напечатаем, как считаем нужным-. ... я тогда... не помня себя, кинулся в драку, выхватил рукопись, выбежал на улицу Воровского, рвал, набивал клочками мусорные урны вплоть до самой Арбатской площади, проклиная день, когда начал писать-. Но жизнь шла вперед, и автор не желал плыть по течению: -У меня, однако, оставалась главная рукопись. Я продолжал над ней работать, уже... для себя и для истины-... Летом 1969 года я бежал из СССР, взяв с собой пленки, в том числе и пленку с полным БАБЬИМ ЯРОМ. Вот его выпускаю, как первую свою книгу без всякой политической цензуры, - и прошу только данный текст БАБЬЕГО ЯРА считать действительным. Здесь сведено воедино и опубликованное, и выброшенное цензурой, и писавшееся после публикации, включая окончательную стилистическую шлифовку. ...Различия в настоящем издании сделаны так: обыкновенный шрифт – это было опубликовано журналом ЮНОСТЬ в 1966 года. Курсив – было вырезано цензурой тогда же. Взятое в скобки – дополнения, сделанные в 1967 – 69 годах. Социалистический реализм обязывает писать не столько так, как было, сколько так, как это должно было быть или, во всяком случае, могло быть. Ложный и лицемерный этот метод, собственно, и загубил великую в прошлом русскую литературу. Я отказываюсь от него навсегда. Я пишу эту книгу, не думая больше ни о каких методах, ни о каких властях, границах, цензурах или национальных предрассудках. Я пишу так, словно даю под присягой юридическое показание на самом высоком честном суде – и отвечаю за каждое свое слово. В этой книге рассказана только правда – ТАК, КАК ЭТО БЫЛО-. Те, кто читал роман, знают, о чем он. О гитлеровской оккупации Киева, о том, как на десятый день после захвата города, 29 сентября 1941 года, начала осуществляться акция БАБИЙ ЯР. А о том, что случилось перед акцией, знают только киевляне. Слово автору: -...И тут раздался первый взрыв. Это было 24 сентября, в четвертом часу дня... Дом немецкой комендатуры с ДЕТСКИМ МИРОМ на первом этаже взорвался. Взрыв был такой силы, что вылетели стекла не только на самом Крещатике, но и на параллельных ему улицах... Взрыв и пожар Крещатика... должны войти в историю войны принципиальной вехой... Никогда, ни в то время, ни после советские власти не признались во взрыве Крещатика, а наоборот, приписали этот взрыв... немцам... Весь Киев, вся Украина, весь народ прекрасно знали, что Крещатик разрушен советскими, а им вдалбливалось, что это сделали проклятые немцы... Только в 1963 году КГБ выдало для публикации... Справку... о диверсионно-разведывательной деятельности группы подпольщиков г.Киева под руководством И. Д. Кудри... В городе... не прекращались пожары и взрывы, принявшие особенный размах в период с 24 по 28 сентября 1941 года. -Мины закладывались основательно, обдуманно, задолго до взятия немцами Киева... Живы свидетели, видевшие доставку взрывчатки на грузовиках НКВД за месяц-полтора до взрывов... Так зачем же все-таки был взорван Крещатик? Я выскажу мнение свое и мнение большинства киевлян, а вы судите сами. ... Взрывая мирный Крещатик, они, однако, действительно наносили немцам и ощутимый военный урон, а то, что при этом погибнет втрое больше мирных жителей, это советскую власть никогда не волновало. ... Был еще один, cамый зловещий аспект Крещатика: обозлить немцев для того, чтобы, озверев, они сняли чистые перчатки в обращении с народом... И немцы на это клюнули-. Ведя рассказ очевидца о том, что произошло в Киеве за два года оккупации, автор описывает соревнование двух систем, фашистской и советской, по уничтожению мирных жителей. И чем дальше, тем убедительней. И свою жизнь в этом пекле он называет сплошным Бабьим Яром. Сначала евреи, а потом люди и других национальностей пополняли этот жуткий список. За два с половиной месяца до освобождения Киева фашисты спохватились и начали лихорадочно заметать следы. Над Бабьим Яром поднялся черный и жирный дым. Десятки тысяч погибших стали превращать в пепел. Слово автору: -Работа закипела. Чтобы ее не было видно, немцы спешно строили щиты вокруг оврага и маскировали их ветками, в других местах делали искусственные насаждения... Так начался заключительный этап Бабьего Яра, первая попытка вычеркнуть его из истории-. Кончилась война. Прошли годы. Автор вспоминает: -И снова я приезжаю в Киев... Бабьего Яра нет. По мнению некоторых руководящих деятелей его и не было. Овраг засыпан, по нему проходит шоссе. С самой войны раздавались голоса (начал И. Эренбург), что в Бабьем Яре нужно поставить памятник. Но украинский ЦК партии, который тогда возглавлял Н. Хрущев, считал, что люди, расстрелянные в Бабьем Яре, памятника не заслуживают. Я не раз слышал такие разговоры киевских коммунистов: - Это в каком Бабьем Яре? Где жидов постреляли? А с чего это мы должны каким-то пархатым памятники ставить?-. В 1957 году, когда украинский ЦК возглавил Н. Подгорный, было принято решение уничтожить Бабий Яр и забыть о нем. При этом замыть его способом гидромеханизации. Слово автору: -Так началась вторая попытка вычеркнуть Бабий Яр из истории... Бабий Яр перегородили плотиной и стали в него качать по трубам пульпу... Пульпа – это смесь воды и грязи... Я ходил туда и потрясенно смотрел на озеро грязи, поглощающее пепел, кости, каменные осыпи могильных плит... Плотину подсыпали, она росла и к 1961 году стала высотой с шестиэтажный дом. В понедельник 13 марта 1961 года она рухнула... Широким своим устьем Бабий Яр выходил на улицу Фрунзе... прямо на трамвайный парк и густонаселенный район вокруг него... В 8 часов 45 минут утра раздался страшный рёв, из устья Бабьего Яра выкатился вал жидкой грязи высотой метров десять. Уцелевшие очевидцы... утверждают, что вал вылетел из оврага как курьерский поезд, никто убежать от него не мог, и крики сотен людей захлебнулись в полминуты... Раскопки длились два года. Было откопано множество трупов... Цифра погибших, естественно, никогда не была названа. Бабьему Яру не везет с цифрами. …В 1962 году началась третья попытка – и самая серьезная. На Бабий Яр было брошено огромное количество техники… Грунт был водворен обратно в Яр… Бабий Яр все-таки засыпан, через него проложили шоссе... На месте концлагеря выстроен новый жилой массив, можно сказать, на костях... И, наконец, уничтожено еврейское кладбище... Но в сентябре 1966 года в Бабий Яр потянулись люди со всего Киева… Возник стихийный митинг… и опять … говорили о памятнике… … Власти забеспокоились. Через несколько дней удивленные жители обнаружили немного в стороне от Яра гранитный камень с надписью, что здесь будет сооружен памятник жертвам немецкого фашизма... До последнего времени в кладбищенском доме над оврагом жила сторожиха М. С. Луценко – тетя Маша, которую в свое время немцы совершенно упустили из виду и не подозревали, что она подкрадывалась в зарослях и видела всё, что они делают. Мы ходили с ней, она еще и еще раз показывала, где начиналось, где подрывали склоны и как - вон там и там их клали на землю. А они ж кричат!.. О, матерь божья... Они их лопатами бьют, бьют-. При этом она указывала рукой под землю, вглубь, потому что мы стояли над оврагом несуществующим... Но улик от преступлений не осталось. Пепел был частью развеян, зола и кости теперь лежат глубоко-глубоко, так что от погибших не осталось ничего. Сколько их было - тоже никогда не узнать. Все официальные цифры – условны, их меняют в зависимости от ситуации. И всё же я думаю о том, что ни одно общественное преступление не остается тайным. Всегда найдется какая-нибудь тетя Маша, которая видит, или спасутся, пятнадцать, два, один, которые свидетельствуют. Можно сжечь, развеять, засыпать, затоптать – но ведь остается еще людская память. Историю нельзя обмануть, и что-нибудь навсегда скрыть от нее – невозможно... Этот роман я начинал писать в Киеве, в хате у матери. Но потом не смог продолжать и уехал: не мог спать. По ночам во сне я слышал крик: то я ложился, и меня расстреливали в лицо, в грудь, в затылок, то я стоял сбоку с тетрадкой в руках и ждал начала, а они не стреляли, у них был обеденный перерыв, они жгли из книг костер, качали какую-то пульпу, а я всё ждал, когда же это произойдет, чтобы я мог добросовестно всё записать. Этот кошмар преследовал меня, это был не сон и не явь, я вскакивал, слыша в ушах крик тысяч гибнущих людей. Мы не смеем забывать этот крик. Это не история. Это сегодня. А что завтра? ...Будем ли мы понимать когда-нибудь, что самое дорогое на свете - жизнь человека и его свобода? Или еще предстоит варварство?-. Людям, которые знакомы с романом, понятно, за что советская власть ненавидела и преследовала автора. Ведь, глядя в роман, как в зеркало, и видя в нем злодеяния фашистов, советская власть узнавала собственные черты. А потому зеркало требовалось разбить. И длинные щупальца КГБ это сделали. По свидетельству Е.Евтушенко: …Кузнецова не убили в Бабьем Яру - его убил собственный роман о Бабьем Яре. 28 лет (с 1941 по 1969 г.г.) писал он свою летопись, и роман – памятник остался, люди его читают, хотя с момента гибели А. Кузнецова прошло 26 лет. Марк Раковский. ЕВРЕЙСКИЙ МЕРИДИАН, 13.01.2006
Метки:
Метки:
Спонсоры: